Творчество Э. Хемингуэя Ю. Я. Лидский

У нас вы можете скачать книгу Творчество Э. Хемингуэя Ю. Я. Лидский в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Все поля Автор Заглавие Содержание. Или введите идентификатор документа: Справка о расширенном поиске. Поиск по определенным полям Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. По умолчанию используется оператор AND. Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе: При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться.

По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии. Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак "доллар": Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку " " перед словом или перед выражением в скобках.

В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов. В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден. Природа в этих рассказах составляет не только фон, но и значительную долю собственно действия. Чисто физическое чувство бессмертия, которое приходит к Нику в лодке, в значительной мере обусловлено именно восприятием природы.

Подобную роль природа играет в иных "довоенных" рассказах о Нике. Лидский упоминает о том, что "поэтический характер происшедшего в рассказе "Что-то кончилось", хотя с моральной стороны оно выглядит весьма непривлекательно, обеспечивается как раз пейзажем, непрерывно участвующим в повествовании. Даже сильнейшее потрясение, испытанное Ником "Чемпион" — "The Battler" , смягчается и сглаживается чувственно ощутимым фоном действия, то есть той же природой" [15, c.

Ощущение природы как бы разлито во всей ткани рассказов. Мы чувствуем ее присутствие, даже когда упоминается о ней вскользь, одной0двумя фразами. Ник слышал скрип уключин другой лодки далеко впереди, в тумане. Индейцы гребли короткими, резкими рывками" [23, c. Природа, как пишет Ю.

Лидский, "находит такое "густое" воплощение уже в ткани рассказов этого первого большого сборника, что становится самостоятельной величиной, одной из тех сфер, где сила гуманистического утверждения обретает почти абсолютный характер, плохо совмещающийся с иронией как мировоззренческой чертой. Природа несет радость, здоровье — душевное и физическое, — дает благотворную усталость.

Даже в военном и послевоенном мире она не перестает быть прекрасной и как бы сулит человеку надежду. Естественно, эта сторона находит большее отражение в довоенном цикле, но, заостряя иронию контрастных главок о войне, она в то же время утверждается с огромной силой.

Можно, пожалуй, сказать, что контрастирует не столько природа, сколько в целом восприятие действительности "довоенным" человеком. Природа же всегда поэтична и жизнеутверждающа" [15, c.

Мотив радости сопровождает каждое описание природы, играющей в этом отношении луч обнадеживающего источника жизни, независимо от того, в каком она подана аспекте: Буйная радость звучит в рассказе "Трехдневная непогода", где природа является одним из главных и ни на минуту не исчезающих "героев". Самое понятие непогоды переосмысливается автором, и на фоне бушующей осенней бури выясняется, что бейсбол даже сравнить нельзя с рыбной ловлей, что об этой игре вообще говорить не стоило.

В своих рассказах Хемингуэй преподносит природу с абсолютно гуманистических позиций. Лидский, — прослеживаются буквально во всех рассказах сборника, в которых она есть. Так, все повествование в рассказе "Что-то кончилось" перемежается пейзажной зарисовкой; Ник моет руки и разбитое колено в луже, выходит на поляну, освещенную костром "Чемпион" , и так далее.

Но нечто новое относительно природы немедленно проявляется, стоит нам только отказаться от совершенно условного "отделения" природы от человека" [15, c.

Совершенно иначе выглядит природа в "послевоенных" рассказах. Фактически отсутствует природа в "Очень коротком рассказе" "A Very Short Story" , оставаясь где-то вдали, куда не достигает взгляд раненого героя, которого вынесли на крышу госпиталя подышать.

Нет природы и в рассказе "Дома". Отрешенное состояние Кребса не позволяет ему замечать природу, лишает его единства с ней. Отсутствие природы словно еще более подчеркивает его отверженность, устраненность из жизни, выпадение из нормального течения бытия. Дело не только в том, что природе натуралистически неоткуда взяться там, где герой почти не решается сойти с крыльца, а и в более глубокой символике: В этом плане отсутствие природы сообразуется со смертью души героя, ее "окукливанием".

Между этими двумя циклами — до и после войны -характеризующимися различной ролью природы, существует несколько промежуточных рассказов, из которых природа исчезает совсем. Полного объяснения такого "исчезновения" исследователями не было дано. Лидского, "в "Революционере" природа отсутствует, можно сказать, демонстративно. Есть в рассказе Италия, Швейцария, но о природе даже не упоминается. Наконец, в "Мистере и миссис Эллиот" природы фактически тоже нет. О ней говорится одной, впрочем, небезынтересной фразой: Только характер героев рассказа позволяет понять, почему Хемингуэй, ограничиваясь единственным предложением, отходит от своих обычных эстетических принципов пейзажной зарисовки.

Писатель просто сообщает, какова Турень. Бросается в глаза разительное отличие этого сообщения, имеющего самый общий характер похожа на Канзас , от чисто конкретного ощущения, например, кажущейся теплоты воды в резком утреннем холоде" [15, c.

Природа вновь появляется в "послевоенном" цикле, чтобы больше не исчезнуть до конца сборника. Однако уже в ином контексте и в иной функции. В рассказе "Кошка под дождем" "Cat in the Rain" , так же как и в рассказе "Трехдневная непогода" "The Three-Day Blow" , тоже описана непогода, дождь, но это уже совсем другая картина. Здесь впервые у Хемингуэя герой и природа как бы расчленены, мыслятся и воспринимаются отдельно друг от друга. Для Ника, представляющего природу как продолжение себя, не имело значения, хорошая погода или плохая, поскольку он не отделял себя от природы, подсознательно заражаясь ее поэтичностью и видя одинаковую радость в любом ее состоянии: В рассказе же "Кошка под дождем" молодая американка равнодушна к природе.

Она не испытывает никаких чувств при виде блестящей мокрой бронзы или длинной полосы морского прибоя. Лидский, — как бы не существует поэтичности, являющейся внутренней существенной чертой природы, мало того, природа враждебна ей.

Уже одного этого, достаточно, если говорить о контексте всего творчества Хемингуэя, чтобы сделать вывод о коренном и отрицательном сдвиге. Примерно такие же оттенки появляются вполне закономерно в рассказе "Не в сезон", где можно найти и достаточно показательное снижение, немыслимое, конечно, в "довоенном" цикле: Направо на берегу лежала кучка мусора" 1, В "Кроссе по снегу" природа есть во всем, от начала до конца рассказа, превосходная, по-прежнему поэтичная и прекрасная, но она уже не является неотъемлемой частью жизни героя, а только -просветом в мрачной повседневности.

Кроме того, восприятие природы, раньше бывшее у Ника, в сущности, неосознанным, теперь вполне осознается и ведет к некоторым печальным сопоставлениям. Реальные жизненные ценности вдруг сужаются, сводятся к физическому удовольствию от катания на лыжах, но и на эту малость не всегда можно безусловно рассчитывать в послевоенном мире" [15, c. Новую, особую функцию обретает природа в новелле "На Биг-Ривер" "Big Two-Hearted River" — функцию восстановления, возвращения к истокам, лечения.

В последних рассказах сборника Ник, в отличие от Кребса, уже не удовлетворяется "сидением на крыльце". Стремясь дать отдых собственному раненому сознанию, он уходит от людей "на природу", выбирая знакомые места, где его ум может найти необходимую опору. Лидского, — сказывается стремление к тому прекрасному довоенному прошлому, которое взбесившийся мир напрочь оторвал от тягостного настоящего.

Хемингуэй, конечно, не идеализирует довоенный мир, а лишь подчеркивает силу причиненного войной шока. Природа в этих рассказах выступает не только в "географическом" качестве, ее отображение не только придает рассказу ощутимую достоверность, она не только снова овеяна поэзией, но выступает в роли единственной пока что целительницы, врачевателя нанесенных обществом ран, и в этом своем новом качестве обеспечивает герою проблеск надежды, "полуоткрытость"… Хемингуэй и здесь остается верен своему синтезу, вмещая в одно предложение целую обширную картину психического состояния героя.

Одновременно начинает звучать надежда, без которой рассказ утратил бы свой смысл" [15, c. Ник сел на свой парусиновый мешок с припасами и постелью, который ему выбросили из багажного вагона. Города не было, ничего не было, кроме рельсов и обгорелой земли. От тринадцати салунов на единственной улице Сенея не осталось и следа. Торчал из земли голый фундамент "Гранд-отеля". Камень от огня потрескался и раскрошился.

Вот и все, что осталось от города Сенея. Даже верхний слой земли обратился в пепел. Ник оглядел обгорелый склон, по которому раньше были разбросаны дома, затем пошел вдоль путей к мосту через реку. Река была на месте. Она бурлила вокруг деревянных свай" [23, c. От поразительных слов "река была на месте" начинается описание настоящего пейзажа, с рекой, форелями в глубине, пролетевшим над ней зимородком и т. Река — как граничная черта, разделяющая мир войны от мира природы. И если вспомним переносное значение реки как живой текущей жизни "река людей", "река жизни" , то станет ясно символическое значение этой фразы.

Этот вывод следует и из последующего текста. Возвращаясь к прошлому, Ник вначале приходит в ужас от того, насколько все изменилось, как будто война пронеслась и по этим местам. На месте знакомого городка Ник не находит ничего. В страхе, что и там ничего не осталось, что вернуться не к чему, Ник бросается к реке. Эту поразительную перемену в настроении героя вызывает общение — один на один — с природой. Воплощение военной темы у Хемингуэя является не только своеобразным критерием не только для оценки функций природы, но и решающей доминантой, определяющей некоторые важнейшие черты собственно стиля писателя: Характеризуя в общем тип хемингуэевского определения, Ю.

Лидский отмечает, что "особенный конкретный характер хемингуэевского определения, стремление писателя где только можно исходить из самой вещи -отсюда превалирование существительного -отражает специфическое отношение Хемингуэя к миру, в котором столь многое, притом самое важное, оказалось ложным.

На фоне крушения лживых идей, ложных идеалов, фальшивых ценностей резко проявилась боязнь громких слов, а кроме того, особую надежность приобрели предметы устойчивые, постоянные, неизменные, чья красота и сущность не только не были разрушены войной, но, наоборот, стали своеобразным якорем, точкой опоры.

К ней-то и обращается в своем творчестве писатель. Здесь и природа, несущая целительное успокоение, и чисто физическое удовольствие спуска с горы на лыжах, и подробнейшим образом показанная увлекательная рыбная ловля, в которой каждый шаг героя прежде всего разумен, осмыслен, антагонистичен нелепости войны.

Так, Ник, прежде чем дотронуться до форели, смачивает пальцы, чтобы не повредить нежного покрова рыбы, и на ловлю кузнечиков он выходит тогда, когда роса еще не успела высохнуть, почему кузнечики и не могут удрать от него.

Это перечисление разумно обусловленных действий Ника можно было бы продолжить до бесконечности. Действия героя не только разумны, но и умелы. Успех ловли форелей или спуска с горы на лыжах целиком зависит от его умения, предусмотрительности, спокойствия, иногда даже и мужества, то есть тех самых внутренних качеств характера, в которых писатель будет искать и частично найдет опору для отдельной личности в послевоенном мире.

Не удивительно, если учесть все это, что именно в определениях Хемингуэй скупо использует эпитеты и сравнениях не просто выразилось соответствующее отношение автора к миру, но как бы произошло полное сращение его идеологии и стиля" [15, c. Количественно в употреблении определений в анализируемом сборнике легко различаются три неравные группы: Нас будет интересовать третья группа определений, относящаяся к описанию природы.

Лидский, "типично для Хемингуэя использование прилагательных в целях сообщения добавочной, дополнительной информации и тем самым обеспечения крайней сжатости и лаконичности повествования. Точно так же old days старые времена , открывающие рассказ "Что-то кончилось" the old days Hortons Bay was a lumbering town" , имплицированно содержат в себе знаменательный контраст, противопоставление, способствуя в то же время лаконизму рассказа.

Особенно же отчетливо проявляется в хемингуэевских определениях стремление автора к ощутимой, достоверной и надежной конкретности. В этом отношении оригинал представляет подчас непреодолимые трудности для перевода. О роженице в переводе "Индейского поселка" сказано, что "живот ее горой поднимался под одеялом" [23, с.

В "Трехдневной непогоде"переводчик незаконно опускает два определения в следующем отрывке: He put the apple in the pocket of his Mасkinaw coat". Ник остановился и подобрал яблоко, блестевшее от дождя в бурой траве у дороги. Он положил яблоко в карман куртки I, Хемингуэй, стремясь зримо передать описываемое, и в дальнейшем не забывает поставить конкретное Mackinaw перед словом "куртка", но трудность передачи этого определения вновь заставляет переводчика пожертвовать им.

То же происходит в переводе "Индейского поселка", когда речь идет о the logging road that ran back into the hills дорога, уходившая вдаль, к холмам [23, с. Но, при любых особенностях перевода, в оригинале неизменно есть расчет на конкретность и чувственное восприятие" [15, с. Например, в "Индейском поселке": Следует отметить, что Хемингуэй отрабатывал свой стиль в журналистике, запрещавшей использовать эмоциональные эпитеты, пышных прилагательных, а добиваться лапидарности и точности, в какой-то мере бесстрастности стиля см.

Лаконизм его стиля, завидная точность применяемых художественных средств при их конкретности ощутим и при подаче пейзажа. Лидский, — обнаруживает стремление продемонстрировать "вещность"и прочность "внечеловеческого"мира, другими словами, предпочтение, отдаваемое существительным, и в том, что он постоянно пользуется представляемой строем английского языка возможностью употребить существительное в функции прилагательного.

Если даже обратиться только к приведенным примерам, то мы найдем camp boat, bunk houses, company store, mill offices, fall wind, Wagner apple, M а с k i n a w coat, beechwood forest. Кроме того, общей характерной чертой большинства определений Хемингуэя является их прямая функциональность, непосредственная связь с действием, назначение, состоящее в том, чтобы качественно выделить данную конкретную вещь из ряда подобных и тем самым контекстуально придать ей зримый и "ощутимый" облик.

Сказанное об определении в рассказах Хемингуэя в основном относится и к его сравнениям, причем "боязнь" метафоричности, стремление как бы лишить метафоричности самую метафору особенно убедительно свидетельствует о "мировоззренческом" качестве этой черты хемингуэевского стиля… Можно заметить, что отношение Хемингуэя к сравнению и метафоре в значительной мере определяется как раз той опасностью, которую он чувствует в отделении друг от друга настоящего смысла и образа.

Раскрытие предмета изнутри, в его собственной сущности, а не через другой предмет, использование которого может повлечь неконтролируемые писателем ассоциации, закономерно становится одним из принципов эстетики Хемингуэя и приводит к тому, что сравнения вообще крайне редко встречаются в его произведениях. Основным качеством хемингуэевских сравнений является их однозначность, преднамеренная ограниченность.

Функция их всегда отмечена конкретной практичностью" [15, с. Приведем примеры из разных рассказов сборника: Лидский делает тот вывод, что "Хемингуэй пользуется сравнением для точной передачи чисто внешней нервной реакции после перенесенного напряжения, не вкладывая в свое сопоставление никакого философского смысла и совершенно снимая возможность широких этических обобщений" [15, с.

С этим можно было бы поспорить, вспомнив о глубокой внутренней символике хемингуэевской прозы, однако за недостаточностью объема для этого остановимся на анализе иных его художественных приемов, не вошедших в рассмотрение Ю. Лидского и иных исследователей. Нетрудно заметить, что при всей отмеченной скупости используемых Хемингуэем сравнений и метафор, он не скупится на эпитеты, что особенно проявляется в "природном" рассказе "На Биг-ривер".

Наибольшее их число достается воде. Вода у Хемингуэя — источник поэтического вдохновения и жизни. Она течет, переливается, в ней плещутся форели, окуни, сама вода, река — как живой организм.

Потому применяемые к ней эпитеты, сравнения так многообразны:. Прозрачная вода, темная от коричневой гальки [23, с. У воды много и названий, Хемингуэй в том же рассказе называет реку по-разному: Глаголы, применяемые к реке, несут значение интенсивного движения: Когда спичку завертело течением, за ней погналась маленькая форель [23, с.

A tiny trout rose at the match, as it swung around in the fast current. Впечатляет в рассказе постоянно упоминаемое Хемингуэем противостоянием между покоем и движением, их антитеза, борьба с течением и в то же время покоем. Эти две линии рассказа — покой и движение — можно соотнести с состоянием героя между Кребсовым равнодушием и пробуждением к жизни. Весь рассказ пронизан описанием различных форм движения: Эта серия непрестанных движений создает ощущение движущейся киноленты, заменяя собой или символизируя движение психологическое движение состояния.

Природа тут как бы берет на себя функцию замены подмены этих двух форм движений, избавляя героя от внутренних мук и леча его. Не статичная природа, а именно деятельная, ежесекундно проявляющаяся в движении, с жизнью которой герой входит в непосредственный ежесекундный контакт, проникая в суть ее движения -вот что, по мысли Хемингуэя, обладает целительный силой.

Ник сбросил мешок и прилег в тени. Он лежал на спине и глядел вверх сквозь ветки… Высоко в ветвях был ветер [23, с. He lay on his back and looked up into the pine trees… There was a wind high up in the branches. Через открытую сторону палатки он видел, как рдеют угли костра, когда их раздувает ночным ветром. На болоте было совершенно тихо [23, с. It was a quiet night. The swamp was perfectly quiet. Впереди река сужалась и уходила в болото [23, с. Когда форель шевельнулась, сердце у Ника замерло [23, с.

К сожалению, объем работы не позволяет разобрать иные художественные приемы и смысловые группы, использованные Хэмингуэем в первом сборнике для передачи пейзажа. Остается лишь отметить, что в рассказах этого сборника Хемингуэй выступил как законченный мастер-новатор, сказавший новое слово не только в американской, но и в мировой литературе.

Анализ темы на примере ранних рассказов Хемингуэя позволил сделать следующие выводы. Пейзаж у Хемингуэя выполняет многообразные функции, которые можно свеcти к следующим:. Описание пейзажа у Хемингуэя во многом символично, обладая в то же время ярко выраженной конкретикой. Скупой при описании состояний своих героев, Хемингуэй "отпускает" себя при описании пейзажа. Основной приметой этого описания является динамичность. Пейзаж у Хемингуэя не статичен, подан не в состоянии покоя и созерцания, он постоянно движется, изменяется, живет, его можно назвать "пейзажем-маршрутом" по характеристике О.

При его описании Хемингуэй широко использует антитезы, эпитеты, сравнения, глаголы действия. Буквально насыщен разнообразными эпитетами его рассказ "На Биг-ривер".

В то же время каждый эпитет несет конкретную функцию, он точен и наиболее приемлем в данной ситуации. В рассказе "На Биг-ривер"в описании пейзажа можно увидеть многие характерные черты стиля Хемингуэя, которые в полной мере проявят себя при описании природы в его "Старике и море". Можно отметить и замеченную критиками "романтичность" стиля Хемингуэя, проявляющуюся прежде всего в восхищении им природой, в придании ей действенной обновляющей самодовлеющей силы. Объясняя успех Хемингуэя и сравнивая его успех с успехом Дерена, Гертруда Стайн пришла к мнению, что в обоих случаях успех этот объяснялся тем, что Хемингуэй "выглядит современным, но пахнет музеями" [48, c.

Имеется в виду, видимо, как раз эта тяга писателя к природным началам, к истокам, к детско-восторженному возвеличению природы, в придании ей почти магической власти. Хемингуэй оказался первым писателем, слившим воедино европейскую и американскую новеллистические традиции и возвысившим искусство рассказа в литературе США.

Копирование любых материалов с сайта разрешается только при условии соблюдения правил. По вопросам сотрудничества, предложений, в случае обнаружения ошибки, обращайтесь по адресу admin noblit.

Природа в ранних рассказах Хемингуэя. PDF Параметры статьи Источник: Определенные разногласия имеются и при рассмотрении иных аспектов деятельности Хемингуэя. Пейзаж в художественном произведении Пейзаж -это описание картин природы. Природа в ранних рассказах Хемингуэя Природа в творчестве Хемингуэя занимает особое место.

Художественные средства в описании пейзажа Воплощение военной темы у Хемингуэя является не только своеобразным критерием не только для оценки функций природы, но и решающей доминантой, определяющей некоторые важнейшие черты собственно стиля писателя: Рассмотрим характер определений, употребляемых Хемингуэем. Потому применяемые к ней эпитеты, сравнения так многообразны: Антитеза покоя и движения проявляется и семантически: Форель оставалась неподвижной в бегущей воде The trout was steady in the moving stream.

The swamp was perfectly quiet Впереди река сужалась и уходила в болото [23, с. Заключение Анализ темы на примере ранних рассказов Хемингуэя позволил сделать следующие выводы. Пейзаж у Хемингуэя выполняет многообразные функции, которые можно свеcти к следующим: О художественных особенностях прозы Э. На пути к человеку. Борьба реализма и модернизма в современном американском романе. Засурский Я Американская литература ХХ века. Искусство романа и ХХ век.

К вопросу об особенностях языка и стиля Э. К вопросу о стиле ранних рассказов Хэмингуэя Иваново, Hemingway and his critics. Princeton, New Jersey, The Apprenticeship of Ernest Hemingway. A Collection of Critical Essays. The Marline and the Shark: A Note on "Old Man. The Complete Short Stories. A Collection of Critical Essays, Hemingway and His Critics, p. The Cycle of American Literature.

The Autobiography of Alice B.